День 7. Батуми. Ночь. Дождь снова, но теперь тёплый, субтропический, липкий. Автодом припаркован на пустой набережной, в двух шагах от Чёрного моря. Волны хуячат о бетон, ритм как будто подстраивается под их стоны.
Меги вышла на улицу первой — в одной короткой майке, без ничего снизу. Дождь сразу промочил ткань насквозь, сиськи просвечивают, соски торчат как пули. Она встала на колени прямо на мокрый асфальт, лицом к морю, жопа вверх, и крикнула через плечо:
— Идите сюда, суки. Хочу, чтобы вы меня выебали под этим дождём, пока я ору в лицо волнам.
Саша вышел голым, хуй уже стоит колом, дождь стекает по нему ручьями. Он подошёл сзади, схватил её за мокрые волосы и одним толчком вошёл в пизду — глубоко, резко, до самого конца. Меги завыла, звук утонул в шуме моря, но эхо от набережной вернулось.
Сосо вышел следом, тоже голый, толстый член бьётся о бедро при каждом шаге. Он встал перед ней, схватил за подбородок и засунул в рот — не нежно, а жёстко, до горла, чтобы она давилась дождём и слюной одновременно. Меги сосала жадно, давилась, кашляла, но не отстранялась — наоборот, насаживалась глубже, пока слёзы не смешались с дождём на щеках.
Саша ебал её сзади как зверь — шлёпки мокрой кожи о мокрую кожу, яйца бьются о клитор, каждый раз она вздрагивала и мычала на хуй Сосо. Дождь стекал по её спине, по жопе, смешивался с её соками, которые текли по бёдрам.
— Переверни её, — прохрипел Сосо, вытаскивая член изо рта. — Хочу видеть, как она кончает, когда мы её вдвоём набиваем.
Саша лёг на спину прямо на асфальт — холодный, мокрый, но ему похуй. Меги села сверху, лицом к нему, направила его хуй себе в пизду и опустилась резко — до упора, застонала так, что волны будто ответили. Она начала скакать, сиськи болтаются под мокрой майкой, дождь хлещет по лицу.
Сосо встал сзади на колени, плюнул на пальцы, растянул её жопу и вошёл — медленно сначала, потом резко, до конца. Меги закричала в небо:
— Дааа… блядь… оба внутри… рвите меня… заполните все дырки спермой…
Они двигались синхронно — Саша снизу вбивается вверх, Сосо сверху в жопу вниз, она между ними как на вертеле. Дождь лил в лицо, в рот, она глотала его вместе со слюной и предэякулятом, который уже капал с головки Сосо.
Меги кончила первой — сильно, с судорогами, пизда и жопа сжались так, что оба парня зарычали одновременно. Она орала без остановки:
— Кончайте… кончайте в меня… хочу чувствовать, как вы оба меня заливаете… хочу, чтобы из меня текло до самого моря…
Саша кончил следом — короткими, резкими толчками, заливая пизду горячими струями. Сосо продержался ещё немного, вбивался в жопу ещё жёстче, потом вдавился до упора и начал спускать — длинно, густо, заполняя её прямую кишку так, что когда вышел, сперма сразу хлынула наружу, смешиваясь с дождём и стекая по яйцам Саши.
Меги сползла с них, села на корточки между ними, раздвинула ноги — из пизды и жопы текло одновременно: белое, густое, смешивалось с дождевой водой, капало на асфальт, образовывало лужицы. Она зачерпнула пальцами смесь из своей пизды, поднесла ко рту и слизнула, глядя им в глаза.
— Вкус дождя и вашей спермы… лучшее, что я пробовала в Грузии.
Потом она легла на спину прямо в лужу, ноги широко раздвинуты, и начала тереть клитор двумя пальцами — быстро, жёстко, доводя себя до второго оргазма под их взглядами. Когда кончила — выгнулась, заорала в небо, брызнула соком вперемешку со спермой.
Сосо и Саша стояли над ней, хуи снова полувстали от вида. Она улыбнулась снизу вверх, вся мокрая, грязная, счастливая:
— Теперь ваша очередь. Кончите мне на лицо. По очереди. Хочу, чтобы я утонула в вашей сперме под этим чёртовым дождём.
Они не заставили ждать. Саша первый — подрочил пару раз и начал стрелять: густые струи прямо на губы, щёки, в рот. Она открыла рот шире, глотала, что попадало, остальное стекало по шее, смешиваясь с дождём.
Сосо следом — кончил ещё обильнее, заливая ей лоб, глаза, волосы. Она лежала, вся в сперме, дождь смывал её медленно, но она не торопилась стирать — просто лежала, улыбалась и шептала:
— Ещё… хочу ещё… завтра поедем в горы… хочу, чтобы вы меня трахали на каждой смотровой площадке… пока туристы смотрят…
Она взяла телефон мокрыми пальцами, открыла заметки:
«День 7. Под дождём на набережной Батуми. Двойное на асфальте. Кончила трижды. Сперма на лице, в пизде, в жопе. Дождь смывает, но вкус остаётся. Грузия учит: чем мокрее снаружи, тем мокрее внутри».
Закрыла глаза. Дождь продолжал лить.
Парни легли по бокам, обняли её мокрыми телами.
До утра оставалось мало.
Но им точно хватит.